Когда мы говорим о еврейских Черновцах, чаще всего вспоминаем Пауля Целана и Розу Ауслендер - поэтов, писавших на немецком языке. Но существовали и другие Черновцы: город еврейских писателей, творивших на идиш, город их газет, литературных вечеров и интеллектуальных бесед, в которых этот язык был не воспоминанием о прошлом, а живой частью повседневной жизни. Именно этот мир олицетворял Иосиф Бург - писатель, проживший почти столетие и до конца оставшийся верным идишу.
Он родился 30 мая 1912 года в Вижнице. Когда мальчику было двенадцать лет, Иосиф приехал в Черновцы и почувствовал себя так, словно оказался в совершенно другом мире. В интервью, о чем позднее рассказывала австрийская радиожурналистка, Бург сказал: «Когда я приехал в Черновцы, это было так, словно я попал на другую планету». Для мальчика, который приехал из Вижницы, Черновцы были большим многоязычным миром. Здесь жили евреи, украинцы, румыны, немцы и представители других общин. Здесь можно было услышать разные языки и встретить людей, которые воспринимали литературу не как роскошь, а как важную часть жизни.
Иосиф Бург хотел учиться. Его родители, простые рабочие, придерживались более практичных взглядов на будущее сына: нужно было освоить ремесло, чтобы зарабатывать на жизнь. Но юноша мечтал стать учителем, много читал и рано начал писать. Решающее влияние на него оказали два еврейских литератора - Элиэзер Штейнбарг, известный своими баснями, и Ицик Мангер - поэт и автор баллад. Встреча с ними помогла Бургу понять, что литература на идише - нечто не второстепенное, а полноценный творческий путь.
В радиоэссе Иосиф Бург с особым трепетом вспоминает довоенные Черновцы. Кажется, он просит слушателя не сводить еврейскую культуру города только к тем писателям, которые писали на немецком языке. В его воспоминаниях звучит мысль: Черновцы были не просто городом с большой еврейской общиной - они являлись важным центром культуры идиш.
Бург рассказывал, что до войны в городе жили почти сорок писателей, творивших на этом языке. Среди них были Штейнбарг и Мангер, а также многие другие авторы, чьи имена сегодня известны гораздо меньше. Представим, что сто лет назад в Черновцах можно было не только читать книги на идиш, но и встретить их авторов на улице, в редакции или на литературном вечере. Для Бурга это был не романтический миф, а его собственная молодость.
Однако он с болью осознавал, как мало осталось от того мира. В радиоэссе его слова звучат как свидетельство человека, пережившего исчезновение целой культурной среды: когда-то многочисленные еврейские авторы были частью города, а теперь он сам остался одним из последних её представителей.
Один из самых интересных эпизодов его биографии связан с газетой «Черновицер блетер» (Tšernowitzer bleter). В 1934 году там был опубликован первый рассказ Иосифа Бурга - «На лесосплаве». Для молодого автора это был важный шаг: его тексты обрели собственное место в культурной жизни города. Однако политическая обстановка становилась всё опаснее. Еврейская культура подвергалась дискриминации, а в конце 1937 года румынские власти окончательно запретили и закрыли газету.
И вот в 1990 году, спустя более полувека молчания, Бург возобновил издание «Черновицер блетер». Представьте: человек, переживший войну, преследования и долгие годы вынужденной разлуки с родным городом, вновь берётся за возрождение еврейской газеты. Это издание было небольшим - всего четыре страницы. Оно уже не могло вернуть довоенный литературный мир, но позволяло продолжить традицию, которую история едва не оборвала. Газета стала своеобразным мостом между Черновцами прошлого и теми, кто ещё помнил их голос на идиш.
Иосиф Бург в 1935-1938 годах изучал германскую филологию в Венском университете. Там он жил в среде еврейских писателей и продолжал формироваться как автор. Но в 1938 году Австрия была аннексирована нацистской Германией. Когда начались преследования и депортации еврейских семей, Бург покинул Вену и вернулся на Буковину. В 1939 и 1940 годах в Бухаресте вышли два сборника рассказов Иосифа Бурга - «На Черемоше" и «Яд».
Дальше его история жизни стала ещё жестче. В 1940 году Северную Буковину занял Советский Союз. Бург принял советское гражданство и даже учился в аспирантуре в Москве. Однако летом 1941 года на Черновцы двинулись немецкие и румынские войска. Понимая смертельную опасность нацистского геноцида, Бург успел эвакуироваться вглубь СССР. Войну он пережил в Поволжье и Узбекистане, в частности в Самарканде, где работал учителем. Тем временем в Черновцах нацисты уничтожали его общину и семью - вместе с ними исчезала и среда, в которой развивалась культура идиш.
Иосиф Бург провёл около восемнадцати лет вдали от Черновцов. Об этом периоде он говорил без прикрас. В другом радиоматериале его слова переданы так: «Хорошие годы и ужасно плохие годы. Я не хочу вспоминать это время. Это были самые тяжёлые годы моей жизни». После окончания войны он пытался вернуться на Буковину, но сталинизм развернул кампанию против «космополитов». Советская власть закрывала еврейские театры, прессу и издательства, а в 1952 году в Москве казнили ведущих деятелей еврейской культуры из Еврейского антифашистского комитета. Творить на идиш стало смертельно опасно. Бург был вынужден уехать в российскую провинцию - на Урал, и далее - на Кавказ, где долгие годы преподавал немецкий язык и зарубежную литературу в педагогических институтах, скрывая свой писательский талант.
Окончательно вернуться в Черновцы он смог лишь в 1959 году. Но вернуться в город не означало вернуться к прежней культурной жизни. Для писателя это означало, что он потерял не только многих современников. Он потерял целый мир, в котором его язык мог звучать свободно. Одно из самых выразительных высказываний Бурга касается того, что вообще делает писателя еврейским. Он сформулировал свою мысль чётко: «Еврейский писатель - это тот, кто пишет на идиш. Или на иврите. Мы - двуязычный народ». Это не является отрицанием творчества еврейских авторов, писавших на немецком, русском или других языках. Сам Бург изучал германскую филологию и прекрасно знал литературную традицию немецкоязычной Европы. Но для него язык был не просто инструментом письма - он нёс память, опыт и особый способ видеть мир. Именно поэтому он так настаивал на самостоятельности литературы на идиш.
Если вспоминать еврейскую культуру Черновцов только через Целана и Ауслендер, можно невольно забыть другую её часть: писателей, которые обращались к своим читателям на идиш и создавали на этом языке собственную литературную традицию. Бург хотел, чтобы эта традиция не исчезла из истории города. В радиоэссе есть и болезненный разговор о будущем языка. Бург не пытался преуменьшить катастрофу Холокоста: среди убитых были миллионы евреев, для которых идиш был родным языком. Уничтожение людей означало также уничтожение семейной памяти, книг, обычаев и среды, в которой язык передавался детям. Но Бург не соглашался с мыслью, что идиш обречён на исчезновение. Он видел, что появляются новые книги, продолжают работать писатели, а молодые люди за пределами прежнего еврейского мира начинают изучать этот язык. Его ответ был исполнен надежды: язык, создавший литературу мирового значения, не исчезает бесследно. Он верил, что идиш будет жить дальше - пусть уже в другом мире, с другими читателями и другими возможностями.
Это убеждение особенно красноречиво, если помнить, что сам Иосиф Бург стал живым свидетелем почти полного исчезновения той культурной среды, которая его сформировала. Лишь в преклонном возрасте он получил широкое признание как писатель. Он снова мог публиковать книги на идиш, его творчеством интересовались за рубежом, а в Черновцы приезжали люди, желавшие услышать его рассказы. Но слава не могла вернуть потерянных друзей, довоенных читателей и литературных коллег.
В другом радиоматериале Бург объяснял, что, если бы он умер до 1980 года, в словаре еврейской литературы о нём осталось бы всего несколько строк. Эта фраза - горькое свидетельство того, насколько поздно его голос начали слышать более широкие круги.
Иосиф Бург умер в Черновцах 10 августа 2009 года в возрасте 97 лет и был похоронен на Аллее почётных граждан. Он остался в истории как один из самых известных еврейских писателей, связанных с Буковиной.
Почему история Бурга важна именно для Черновцов? Потому что она напоминает: еврейская история города - это не только история трагедии и не только биографии нескольких всемирно известных поэтов. Это также история повседневного языка, небольших газет, учителей, редакторов и писателей, которые стремились сохранить свою культуру даже тогда, когда для неё почти не оставалось места. Иосиф Бург не мог вернуть довоенные Черновцы. Но он смог возродить одну газету, написать книги на своём языке и оставить свидетельство о мире, который иначе мог бы исчезнуть из памяти. И, пожалуй, именно в этом заключается самая сильная сторона его истории: он остался верен своему языку, даже когда окружающий мир не раз пытался заставить его замолчать.
Подготовил Михаил Красовский (Черновицкая еврейская газета «Czernowitzer Zeitung»)
